.RU

И. Н. Гребенкин


И.Н. Гребенкин
Рязань


Офицерство и солдатские массы накануне 1917 г.:

инцидент гражданского конфликта


В годы Первой мировой войны вооруженные силы России стали тем специфическим социальным пространством, в котором отразились все проблемы и противоречия, свойственные дореволюционному российскому обществу. Они с особой остротой влияли на обороноспособность и, в конечном итоге, жизнеспособность государства. В условиях прогрессировавшего общественного кризиса мощнейшим фактором социальной нестабильности становилась армия военного времени. Ее офицерский состав и солдатские массы выступили в качестве наиболее значимых социальных групп, чье противостояние предопределило черты надвигавшегося гражданского конфликта.

Сословность и социальное неравенство, свойственные российскому обществу начала XX века, своеобразно отражались на жизни и взаимоотношениях внутри такого специфического социального организма каким являлись вооруженные силы империи. Преимущественно крестьянское население страны обусловило преобладание крестьян, либо связанных с ними групп среди рядового состава армии и флота, который более чем на 90 % комплектовался за счет крестьян (до 60 %), рабочих и ремесленников (более 30 %). Офицерский корпус всегда включал не менее 50 % представителей привилегированных сословий [См.: Гаркавенко Д.А. Социальный состав вооруженных сил России в эпоху империализма // Революционное движение в русской армии в 1917 году. М., 1981. С. 30 – 45]. По выражению генерала П.П. Залесского в дореволюционной России «были две расы людей: «барин» и «мужик». Барин – это не только тот, кто был у власти, не только помещик и богатый человек, а всякий прилично одетый человек и притом, конечно, грамотный. В противоположность ему мужик – кре­стьянин, рабочий, прислуга, все это – темнота, среди которой читавший и писавший человек – редкость» [Залесский П. Грехи старой России и ее армии // Философия войны. М., 1995. С. 160]. Согласно такому положению солдат в неписаной социальной иерархии Российской империи непременно происходил из «мужиков», офицер же по условию являлся «барином». В условиях кадровой армии субординация и жесткая дисциплина лишь маскировали эти очевидные сословные пережитки, придавая им видимость отношений естественных для воинской среды. Не могли в принципе разрешить этой проблемы и усилия части офицеров, пытавшихся найти подход к солдату, строить отношения с подчиненными на разумных началах. С другой стороны, как отмечают историки, исследовавшие социально-психологический тип русского солдата, покорность и подчинение солдат командирам имели в своей основе черты типично крестьянского менталитета: сложившуюся в поколениях привычку безропотно переносить все тяготы и притеснения [См.: Асташов А.Б. Русский крестьянин на фронтах Первой мировой войны // Отечественная история. 2003. № 2. С. 72-86; Поршнева О.С. Крестьяне, рабочие и солдаты России накануне и в годы Первой мировой войны. М., 2004. С. 177].

С началом Первой мировой войны сдвиги в общественной обстановке в стране все в большей мере отражались на внутренней ситуации в армии. Армия военного времени многократно возросла численно, но социальный состав нижних чинов изменился мало: в нем лишь незначительно возросла крестьянская составляющая (в призывах 1914-1917 гг. доля крестьян превышала 66 %) [См.: Гаркавенко Д.А. Указ. соч. С. 38]. Уровень культуры и образованности крестьянской массы, пополнившей ряды армии, определял качество российской вооруженной силы. В отношении понимания русскими солдатами целей войны и своего патриотического долга существуют различные взгляды. В силу крестьянских представлений об Отечестве, как, в первую очередь, о малой родине, собственно государственные задачи вооруженной борьбы слабо воспринимались солдатами-крестьянами. Разъяснительная работа, которую вели среди солдат командиры и священники, зачастую не достигала цели. А.И. Деникин склонен был объяснять неготовность офицеров к такой работе с нижними чинами существовавшей в старой армии установкой на недопустимость обсуждения любых политических вопросов в воинской среде [Деникин А.И. Очерки русской смуты. Т. 1. М., 1991. С. 98]. Современные же исследователи указывают на то, что крестьянское сознание солдат было невосприимчиво к аргументации их более образованных начальников [См.: Поршнева О.С. Указ. соч. С. 178]. В любом случае офицер в глазах подчиненного являлся основным представителем государства – в сущности, чуждой и враждебной для солдата-крестьянина и солдата-рабочего силы. По мере же неблагоприятного развития военных событий, роста усталости и антивоенных настроений в солдатской массе офицер представлялся ей главным лицом заинтересованным в продолжении войны.

Офицерский корпус военного времени приобрел социальный облик, принципиально отличавшийся от довоенного. Теперь прежняя кадровая основа сочеталась в нем с массовым пополнением, включавшим представителей всех образованных слоев общества. Полковник Генерального штаба А.А. Свечин, впоследствии известный советский военный ученый, командовавший на фронте полком, давая высокую оценку большинству офицеров военного времени, рассматривал среди них несколько категорий. Наряду с прапорщиками из студентов и недавних гимназистов, хорошо образованных, отличавшихся храбростью и отвагой, он выделял группу, представленную воспитанниками учительских семинарий и народными учителями, более приспособленными и выносливыми, умевшими найти подход к крестьянину-солдату [См.: Свечин А.А. Искусство вождения полка по опыту войны 1914–1918 гг. М., 2005. С. 82-86]. Демократичный стиль поведения офицеров-интеллигентов фактически противоречил традиционной для царской армии системе взаимоотношений между офицером и солдатом, в которой, например, немыслимым явлением было рукопожатие между тем и другим. Такого рода вольности обычно вызывали со стороны начальства и большинства сослуживцев нарекания и упреки в панибратстве [См. напр.: Герасимов М.Н. Пробуждение. М., 1965. С. 145; Оськин Д. Записки прапорщика // Откровенные рассказы. М., 1998. С. 220-221]. Тем не менее, сама фронтовая жизнь требовала от младших офицеров строить свои отношения с солдатами рационально, сообразно условиям службы и реальной боевой работы. Несомненно, что часть офицерской молодежи не стремилась жестко следовать в русле сложившейся воинской этики, сознательно перенося в армейскую среду свой социальный опыт и манеры. Появление такого типа офицеров было отмечено и оценено солдатами. К.М. Гребенкин, в 1916 г. рядовой-артиллерист, вспоминал: «Батарея при формировании пополнилась офицерским составом. Прибавилось два прапорщика, два брата – москвичи, братья Щегляевы (сыновья профессора). Старшего из них звали Владимиром, оба они были совершенно другого склада люди. Владимир нас обучал, преподавал материальную часть орудий. На занятиях, если кого задел локтем руки обязательно извинится. В одно время я встретился с ним и отдал честь. Он, поравнявшись со мной, взял от козырька мою руку, пожал ее и говорит: «Ну, давай договоримся, что если иду, нигде нет близко офицеров, подходи и будем здороваться. Как равный, подаешь руку. Есть ли что читать?» «Да где, – говорю – ничего солдаты вообще не читают и где взять книг?» «Приходи ко мне в землянку, книги у меня есть, будешь брать. Читай!”» [«Была бы справедливость, о большем и не мечтали». Воспоминания солдата Первой мировой войны // Исторический архив. 2007. № 4. С. 57] Весьма схожий пример мы встречаем в прокурорском представлении о прапорщике 184-го пехотного запасного полка Е.А. Петрове, подозреваемом в революционной агитации среди солдат. В нем говорится, что «Петров держал себя с нижними чинами очень просто, позволял садиться в свое присутствии, опускал руку тем, которые брали под козырек…» [Революционное движение в армии и на флоте в годы Первой мировой войны. 1914 – февраль 1917 г. М., 1966. С. 235-236]. В конце 1916 г. Е.А. Петров привлекался к дознанию как обвиняемый в революционной пропаганде среди солдат 184-го пехотного запасного полка, при этом его принадлежности к социал-демократическим организациям выявлено не было.

Образы прежних, кадровых офицеров сохранились в памяти солдата в связи с совсем иным отношением: «Офицеры-помещики солдата не считают человеком. При отступлении от Ковно, при переправе через Неман был взорван мост. Генерал кричал: «Господа офицеры, спасайтесь». А о солдатах выразился так, что этого навоза у нас хватит. Наш штабс-капитан Ростиславский своего вестового кроме как «говнюшка» не звал, наверное, не знал его имени и фамилии» [«Была бы справедливость, о большем и не мечтали»… С. 57]. Мнение о том, что офицеры кадровой службы «солдата не считают человеком» не может считаться частным. Интерес представляет дневниковая запись, младшего унтер-офицера Штукатурова, который после излечения в госпитале в июле 1915 г. отправлялся обратно на фронт. «Пришел комендант и стал осматривать тех, которые заявили, что у них недостает некоторых вещей. Комендант в чине штабс-капитана; рассердившись, стал ругать всех нас, ни к кому в частности не обращаясь. Зачем он на прощанье поселял злобу в сердцах солдат? Если бы видел это немецкий кайзер, он, вероятно, был бы ему премного благодарен... Все были обижены, слышались негодующие возгласы: “Вот как нас понимают, хуже собак нас считают, зачем нас калечат, и т. п.”» [Дневник Штукатурова // Военно исторический сборник. Труды комиссии по исследованию и использованию опыта войны 1914–1918 гг. Вып. 1. М., 1919. С. 141] Таким образом, стереотип отношения к солдату, как к расходному материалу войны и неразумной субстанции, требующей лишь властного нажима, был достаточно распространен. Сложившийся как его зеркальное отражение стереотип «офицера-помещика» вызывал постоянно копившуюся ответную неприязнь, вылившуюся в 1917 г. в бурю солдатской ненависти.

Особой категорией А.А. Свечин считал прапорщиков, произведенных из фельдфебелей и унтер-офицеров за боевые отличия. Прекрасные боевые командиры, близкие по выучке и служебному опыту к кадровым офицерам, они, тем не менее, гораздо труднее находили общий язык с солдатами, которые продолжали в них видеть «своих» и не воспринимали в качестве «благородий». Такое положение преодолевалось лишь дополнительной требовательностью и жесткостью с подчиненными. «Для них – по словам Свечина, – дорога в офицеры лежала через резкий разрыв со своим классом». К началу 1917 г., когда брожение в войсках заметно усилилось, именно такие офицеры вызывали особое раздражение в солдатской массе [Свечин А.А. Указ. соч. С. 94-98].

Фактором, усугублявшим неприязнь солдат к своим командирам, следует считать и низкие профессиональные и моральные качества последних. Слишком распространенные примеры некомпетентности, трусости и лени среди офицеров были очевидны для их подчиненных и дорого обходились в боевой обстановке. Тот же унтер-офицер Штукатуров, погибший в декабре 1915 г., записал в дневнике: «Из виденного и пережитого мной за последнее время приходится сделать заключение, что главное горе наше происходит от того, что мало хороших, преданных делу офицеров» [Дневник Штукатурова. С. 165].

Отмеченные характерные черты взаимоотношений офицеров с нижними чинами все же не верно было бы формально разграничивать по принадлежности к категориям офицерского состава, сложившимся во время войны. По данному принципу противостояли не кадровые офицеры офицерам военного времени, а способные не способным; разумный демократизм, чувство такта в сочетании с требовательностью и компетентностью противостояли панибратству и беспомощному заискиванию либо напротив чванству, показной строгости и бессмысленной жестокости. В каждом конкретном случае эти черты зависели от индивидуальных представлений офицера о правильных отношениях с подчиненными и сослуживцами, умении и желании их строить, от его профессионального, культурного, нравственного уровня. М.Н. Герасимов отмечал, например, что рукоприкладство было более свойственно именно прапорщикам, так как некоторые пытались «поставить» таким образом себя среди фронтовиков [См..: Герасимов М.Н. Указ. соч. С. 93]. Во фронтовых условиях, однако, этот сомнительный способ самоутверждения становился далеко небезопасен. К.М. Гребенкин описывает случай, когда молодой прапорщик отвесил по оплеухе рядовым, не отдавшим вовремя честь. Через несколько дней эти солдаты, назначенные на артиллерийский наблюдательный пункт на передовой под начало своего обидчика, расстреляли его, представив дело, как будто офицер был убит немцами по собственной неосторожности [См.: «Была бы справедливость, о большем и не мечтали»… С. 60-61].

Февральская революция положила начало разрушению тех основ, на которых держался традиционный порядок старой армии. Ее разложение и распад выявили один из острейших социальных конфликтов в России, который развивался по линии: солдаты–офицеры. «Между нами и ними – про­пасть, которую нельзя перешагнуть. – писал родным с фронта один из офицеров в марте 1917 г., – Как бы они ни относились лично к отдельным офицерам, мы остаемся в их глазах барами. Когда мы говорим о народе, мы разумеем нацию, когда они говорят о нем то разумеют демократические низы… В них говорят невымещенные обиды веков» [Из офицерских писем с фронта в 1917 г. // Красный архив. 1932. № 1-2 (50-51). С. 200]. Огромная армия военного времени с избытком подготовила человеческий материал для будущего гражданского столкновения: для миллионов фронтовиков образ врага сосредоточился в соотечественнике – своем вчерашнем командире либо, наоборот, подчиненном.

hogsmid-okraina-derevni-etoj-zhe-nochyu-zakonchen.html
hohlova-t-e-russkij-yazik-uchebnik-dlya-4-klassa-v-2-chastyah.html
hojt-s-k-antropologicheskie-harakteristiki-kalmikov-po-dannim-issledovatelej.html
hokkej-s-myachom-v-zachet-zimnej-oblastnoj-spartakiadi-obespechenie-zhilem-molodih-semej.html
holding-nam-pomozhet-11-sentyabrya-2006.html
holdingovaya-kompaniya-kompozit-i-kazanskij-nacionalnij-issledovatelskij-tehnologicheskij-institut-zaklyuchili-soglashenie-o-sotrudnichestve-v-sfere-podgotovki-specialistov-dlya-otrasli-kompozitnih-materialov.html
  • institut.bystrickaya.ru/uchebnaya-programma-dlya-specialnosti-1-79-01-01-lechebnoe-delo-fakultet-lechebnij.html
  • znaniya.bystrickaya.ru/programmno-apparatnij-kompleks-dlya-remonta-i-vosstanovleniya-hdd-idesata-pc-3000-portable-ili-analog.html
  • credit.bystrickaya.ru/plan-raboti-komiteta-dumi-stavropolskogo-kraya-po-kulture-molodezhnoj-politike-fizicheskoj-kulture-i-sredstvam-massovoj-informacii-na-aprel-2012-goda.html
  • tetrad.bystrickaya.ru/v-yuzhnoj-osetii-20-iyulya-obyavleno-dnem-traura-po-pogibshim-v-avarii-na-transkame-kavkazskij-uzel-19072010.html
  • knowledge.bystrickaya.ru/nam-dvadcat-pyat.html
  • assessments.bystrickaya.ru/diagnosticheskie-etapi-odarennosti-avgustovskoe-soveshanie-pedagogicheskih-rabotnikov-rajonnoj-obrazovatelnoj-sistemi.html
  • exchangerate.bystrickaya.ru/elementi-evolyucii-vselennoj-kosmologicheskie-modeli-vselennoj.html
  • essay.bystrickaya.ru/dokumentaciya-ob-aukcione-otkritij-aukcion-12-a-09.html
  • learn.bystrickaya.ru/glava-3-osnovnie-napravleniya-kompleksnoj-psihologo-pedagogicheskoj-reabilitacii-zaikayushihsya.html
  • lecture.bystrickaya.ru/aktualnost-issledovaniya-rinochnaya-ekonomika-ne-mozhet-zhestko-upravlyatsya-iz-edinogo-centra-ee-osobennostyu-yavlyaetsya-spontannost-ekonomicheskih-processov-vusl.html
  • shpargalka.bystrickaya.ru/vagner-g.html
  • uchitel.bystrickaya.ru/rabochaya-programma-disciplini-informacionnie-seti.html
  • lektsiya.bystrickaya.ru/problemi-ta-perspektivi-rozvitku-strahovogo-rinku-ukrani-chast-11.html
  • lesson.bystrickaya.ru/psihologicheskoe-obespechenie-pravozashitnoj-deyatelnosti.html
  • uchit.bystrickaya.ru/takim-obrazom-4-1-2-3-4-cikl-kompressora-metodicheskoe-posobie-po-vipolneniyu-domashnej-kontrolnoj-raboti.html
  • grade.bystrickaya.ru/metodicheskoe-posobie-po-vneauditornoj-samostoyatelnoj-rabote-studentov-specialnosti.html
  • teacher.bystrickaya.ru/glava-3-voploshennoe-soznanie-dzhivatman-artur-avalon.html
  • tetrad.bystrickaya.ru/v-p-olejnik-i-yu-d-arepev.html
  • spur.bystrickaya.ru/lot-3-literatura-po-pedagogike-zayavka-na-uchastie-v-aukcione.html
  • assessments.bystrickaya.ru/devid-rendall.html
  • predmet.bystrickaya.ru/s-s-prokofev-i-n-ya-myaskovskij-stranica-12.html
  • kontrolnaya.bystrickaya.ru/razdel-statika-uchebno-metodicheskij-kompleks-disciplini-bijsk-bpgu-imeni-v-m-shukshina.html
  • teacher.bystrickaya.ru/estetika-russkoj-kulturi.html
  • grade.bystrickaya.ru/o-sostoyanii-okruzhayushej-sredi-bryanskoj-oblasti-v-2010-godu-stranica-2.html
  • tasks.bystrickaya.ru/-a-vi-sami-po-sebe-bolshe-oshushaete-v-sebe-kakoe-zhivotnoe-vi-po-svoej-prirode-lev-ili-est-drugoe-zhivotnoe-kotoroe-blizhe-k-vam-po-psihike-po-oshusheniyam.html
  • otsenki.bystrickaya.ru/spbgu-otkril-konsultacionnij-centr-dlya-abiturientov-stranica-10.html
  • notebook.bystrickaya.ru/gost-124011-89-instrukciya-po-proektirovaniyu-i-montazhu-sistem-otopleniya-zdanij-iz-metalloplastikovih-trub-vsn-123-90.html
  • prepodavatel.bystrickaya.ru/strategicheskij-plan-ministerstva-obrazovaniya-i-nauki-respubliki-kazahstan-na-2009-2011-godi-g-astana-2008-g-stranica-3.html
  • nauka.bystrickaya.ru/vi-zaklyuchenie-s-a-gannushkinoj-opolozhenii-zhitelej-chechni-v-rossijskoj-federacii-iyul-2005-g-iyul-2006-g.html
  • report.bystrickaya.ru/kak-sravnit-kachestvo-tehnologij-obucheniya-posobij-trenazherov.html
  • urok.bystrickaya.ru/pravila-ustrojstva-i-bezopasnoj-ekspluatacii-sosudov-rabotayushih-pod-davleniem-na-gosudarstvennuyu-registraciyu-v-ministerstvo-yusticii-rossijskoj-federacii-nachalnik-gosgortehnadzora-rossii-v-m-kulechev-stranica-12.html
  • paragraph.bystrickaya.ru/konstantinov-mihail-sergeevich.html
  • doklad.bystrickaya.ru/vodosnabzhenie-i-inzhenernie-melioracii.html
  • university.bystrickaya.ru/formirovanie-komandi-dlya-realizacii-proekta-chast-2.html
  • zadachi.bystrickaya.ru/poslushnie-shariki-ili-eshe-raz-o-razvitii-logicheskogo-mishleniya.html
  • © bystrickaya.ru
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.